А. (polikliet) wrote,
А.
polikliet

Category:

Строд И. Унгерновщина и Семёновщина. Часть 9. Учредительное собрание ДВР

Строд И. Унгерновщина и Семёновщина // Пролетарская революция. 1926. № 9 (56). С. 98-149.

Строд И. Унгерновщина и Семёновщина. Часть 1. Бой за станцию Гонгота
Строд И. Унгерновщина и Семёновщина. Часть 2. Волнения среди партизан-анархистов
Строд И. Унгерновщина и Семёновщина. Часть 3. На постое в станице Улятуй
Строд И. Унгерновщина и Семёновщина. Часть 4. Начало похода
Строд И. Унгерновщина и Семёновщина. Часть 5. Белый террор. Зверства в станице Кулинга
Строд И. Унгерновщина и Семёновщина. Часть 6. Об Унгерне и его частях
Строд И. Унгерновщина и Семёновщина. Часть 7. Бои
Строд И. Унгерновщина и Семёновщина. Часть 8. Разгром семёновщины, японцы


С. 146.

Забайкальская и Амурская области окончательно и навсегда освободились от контрреволюции, атамановщины и японцев. На очереди осталась Приморская область, пролетарская метла должна была очистить и этот край, что и случилось в конце 1922 г.

В заключение, я не могу обойти молчанием созыва учредительного собрания Дальнего Востока в городе Чите. Не имея никаких материалов по этому вопросу, я не берусь сделать его оценку и политически расшифровать этот момент. Бесспорно только одно, что учредительное собрание нужно было трудящимся Дальнего Востока так же, как на мосту дыра. И если оно и появилось на время, так только благодаря неокрепшему нашему положению на востоке и козням зарубежной дипломатии. Я здесь приведу несколько характерных выдержек из речей выступавших в учредительном собрании ораторов. Передам, что слышал собственными ушами, будучи несколько раз на собрании.

Всего делегатов в учредительном собрании было 342 человека (если ошибаюсь, то на единицы И.С.), которые разделялись на три группировки. Первая группа центр крестьяне-середняки и бедняки 128 человек. Вторая левые 99 коммунистов и 1 анархист 100 чел. Третья эсеры и меньшевики (87 чел.) вместе с кулаками (27 человек) 114 чел. Председателем был избран тов. Шилов, вождь амурских партизан. Понятно, что будущее голосование и выбор министров всецело зависит от центра: кого поддержит и за кого будет голосовать центр, т.е. середняки и беднота, тот и победит.

Не помню, на каком по счету заседании, выступил меньшевик и, между прочим, в своей речи коснулся золота (сколько именно

С. 147.

пудов не помню И.С.), которое было у Амурского прави­тельства и затем его не оказалось все ушло за границу на покупку какого-то гнилья. «Имели ли право большевики по собственному усмотрению так распоряжаться народным достоянием?» спрашивал оратор, обращаясь к собранию (голос справа: «крестьяне, слушайте!»).


Правительство Дальневосточной республики. Осень 1921 года


Центр этим вопросом действительно заинтересовался и ждал ответа, с которым и не замедлил выступить товарищ слева.

Да, у нас было золото, а теперь его нет! заявил он. Но в то время мы были окружены японцами и белыми. У нас была большая армия из партизан, но не было оружия и мы его купили, конечно, по дорогой цене, но зато мы победили, тогда как, не сделай этого, мы потеряли бы не только все золото, а и свободу и жизнь! Как поступили бы вы на нашем месте, господа правые? (Гром аплодисментов, слева и из центра возгласы: «правильно! правильно!»)

Правые молчат, меньшевики явно сели в галошу.

В другой раз выступил лидер меньшевиков Бинасик и начал с того, что Читинскую пробку нужно было не вогнать в бутылку, как это сделали большевики, а вытащить, и в дальнейшей речи развил свою меньшевистскую соглашательскую идеологию: говорил он и про некультурность страны, и про отсталость и темноту масс, в особенности крестьянства, и про разруху транспорта и хозяйства, и про прогресс, и т.д., и т.д. Кончил он свою речь призывом к центру идти с ними, а не с большевиками.

С ответной речью выступил амурец, крестьянин-бедняк тов. Плетнев. Простым крестьянским языком начал он говорить революционную правду:

Господа меньшевики и эсеры, прежде всего, скажите вы мне: кто дал вам возможность собраться и говорить здесь в Чите? Где вы были в то время, когда мы воевали? Почему, не пришли к нам в сопки помочь рубить белых и японцев? Чем вы были тогда заняты проливали свою кровь или лили чужую? Вас тогда не было с нами, а теперь вы зовете нас пойти вместе, агитируете присоединиться к вам! Кто меня сагитировал пойти за Советскую власть? Думаете ораторы? Нет! шомпола и нагайки все это я перенес на своей спине, могу снять одежду и показать вам следы белых. Когда к нам в первый раз приехали японцы, я встретил их отряд за деревней. Они меня остановили,

С. 148.

а один японец поднял на руке два пальца большой и мизинец 1 показывая по очереди то на один, то на другой, стал спрашивать у меня: «эта эта?» по-русски они не говорили. Я подумал, что они хотят узнать, большая ли наша деревня и хватит ли разместиться ихнему отряду. Деревня у нас громадная хватит на целый полк, а потому я и показал на большой палец. Тут же они избили меня прикладами до полусмерти. Я не мог понять, за что. Потом только узнали, что, показывая па большой и маленький палец, они спрашивали: большевик или меньшевик? Кто показывал на большой того били, кто на мизинец того хлопали по плечу, улыбались и говорили: «карасе карасё». Значит, вы друзья японцам? Как же мы пойдем с вами? никогда этого не будет! Все вы ученые, читаете разные книги, а нас считаете темной массой, дикими. Нет, вы дикие, а не мы, потому что вы идете против нас, вместо того, чтобы помочь нам вылезть из грязи и невежества. Приезжали к нам и казаки русские люди, а что они делали? хуже японцев! За сутки за двое раньше пошлют приказ нагнать самогону, потом приедет сотня, перепьются, приказывают согнать девок на вечер, там сначала с ними пляшут, а потом начинают насиловать. Кто спрятал свою дочь, не послал к ним того считают большевиком, изобьют нагайками, а то и расстреляют. Вот почему мы ушли в сопки к большевикам. И всех вас призываем пойти с нами вместе! Народ просит вас, идите, не раздумывайте, а то потом будет поздно!

Зал содрогался от аплодисментов, и криков: «браво, Плетнев!»

Правые молчали, ничего не ответили на горькую правду крестьянина-амурца.

Врезалась мне в память еще одна речь крестьянина-середняка тов. Иванова, тоже амурца. Перед ним выступал эсер, который особенно напирал на хозяйственную разруху в стране и, что называется, из кожи лез, доказывая, что никогда Советская власть одна не сможет восстановить нашего хозяйства.

Вот здесь говорили, Начал тов. Иванов, о разрухе в нашем хозяйстве и старались доказать, что Советская власть не в силах поставить его на ноги. По-моему, она его поправит, но только нужно время, сразу это сделать нельзя. Я подхожу к этому вопросу по-крестьянски и ставлю в пример себя. Когда от белых и японцев не стало нам житья, я ушел в сопки, бросил хозяйство и стал партизаном. Жил я исправно, все у меня было,

С. 149.

а когда вернулся, то вижу здорово меня разорили: угнали лошадей, порезали почти весь скот, порубили колеса, поломали плуг и теперь мне не скоро удастся поставить свое хозяйство на прежнее положение. Теперь я спрашиваю: как же может Советская власть, которую разорили больше, чем меня, построить все заново, и не такое маленькое хозяйство, как мое, а все государство? Но она все сделает, только не в один день, а постепенно, через несколько лет! В заключение своего слова, я поставлю вам, господа правые, один вопрос и попрошу на него ответить. Все вы указываете на ошибки Советской власти. Вот я теперь пахарь с детства, работать умею, выйду пахать, кладу правильные ровные борозды, и вдруг одна кривая вышла. Почему это так получилось? Не знаете, а я вам скажу! Лошадь укусил паут, она бросилась в сторону, а у меня получилась кривая борозда. Так вот пауты это вы! Вместо того, чтобы идти заодно с Советской властью, вы ее жалите да критикуете и еще нас за собой зовете. Нет, идите уж одни, а нам с вами не по пути! (Бурные аплодисменты центра и левых.)

Выступивший после тов. Иванова эсер (Шахматов или Ман- светов не помню И. С.) ничего не мог ответить по существу и, сказав, что предыдущий оратор собрал все телеги, порубленные колеса, плуги и кончил паутами, что-де не входит в его доклад, перешел к следующему, кажется, финансовому вопросу.

При выборе министров центр голосовал заодно с большевиками, И в результате из семи избранных министров четыре места получили коммунисты, одно анархист (тов. Шатов министр транспорта), одно, беспартийный и одно дали эсеру Трупп. Но, родившийся против воли рабочих и крестьян, рахитик недолго прожил, скоро его сменил полный жизни и сил юноша в Сибирь пришла Советская власть, принесшая с собой настоящее рабоче-крестьянское красное знамя труда, без синей заплатки1 которую одно время пришили к нему эсеры и меньшевики при помощи буржуазии всего мира.

Иван Строд.

¹ В то время знамя ДВР состояло из красного полотнища с нашитым в левом верхнем углу (у древка) четырехугольником.



P.S. Фотографии и текст взяты из разных источников. Названия частей даны мною, в оригинале текст сплошной.

Строд И. Унгерновщина и Семёновщина // Пролетарская революция. 1926. № 9 (56). С. 98-149. (скачать в pdf)
Tags: Гражданская война
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments